Евгений Онегин

Евгений Онегин

памятник Пушкину на одесском Приморском бульваре

10 пушкинских строф из «Евгения Онегина» можно рассматривать как отдельное произведение. Во-первых, они из дополнительной незавершенной главы «Путешествие Онегина», которая основным текстом романа не является. Во-вторых, они целиком об Одессе и только о ней.

В-третьих, эти 10 строф – чистое счастье.

Ну вкратце, о чем они?

Человек просыпается и тут же идет к морю купаться. Море, следовательно, рядом. Искупавшись, он возвращается и пьет «кофе с восточной гущей», то есть качественный кофе по-турецки, как мы бы сейчас сказали, и как, обидевшись, поправили бы нас греки – кофе по-гречески. Пьет он его с трубкой, очевидно наслаждаясь. Наслаждение в каждой строчке.

Далее он выходит пройтись, на Приморском бульваре косо поглядывая на Casino. Ноги несут его к гавани, а там все кипит делами и заботами, что очень радует человека, ибо он ничего не делает и беззаботен.

Перепрыгивая века, прилетает намеком от Пушкина за всех бешеных трейдеров на всех фондовых рынках мира:

Дитя расчета и отваги

Идет купец взглянуть на флаги…

И нет ли голода, войны,

Или подобной новизны?

Следующая строчка крутейшая, как и ощущение, которое она должна передать:

Но мы, ребята без печали…

Ребята без печали – это великолепно, это и есть Одесса.

Но мы, ребята без печали,

Среди заботливых купцов,

Мы только устриц ожидали

От цареградских берегов.

Что устрицы? Пришли! О радость!

Человек, напомним, в ссылке, однако он направляется кушать устриц в лучшем ресторане города и запивать их беспошлинным вином. Прелесть беспошлинности вина подчеркивается отдельно.

Потом в Оперный театр на Россини. Четверостишие об этом прилежно печатается на всех программках Одесского Оперного до сих пор. Получая искреннее удовольствие от «Севильского цирюльника», попутно человек не забывает соблазнять дамочек, прямо в театре, исключительно молодых и исключительно замужних – что вполне коррелирует с атмосферой данной оперы.

По дороге к себе (а живет он в дорогой гостинице) человек напевает мотив из «Севильского цирюльника». Когда он засыпает, то слышит шум Черного моря.

Вот такой распорядок дня объявлен Пушкиным Александром Сергеевичем в 10 строфах об Одессе почти уже двести лет назад.

Все, кто потом читал, завистливо выдыхали – гений!!!

 

Пушкин провел в Одессе год, с лета 1823 до лета 1824 гг. Но года хватило, город его запомнил.

Пушкин провел этот год при губернаторе Воронцове. Воронцов губернаторствовал в Новороссии свыше двадцати лет. И надо же, славный период его правления начался в мае 1823 г., лишь на две недели раньше приезда Пушкина в Одессу.

Трудно сказать, был ли Пушкин главной проблемой Воронцова во дни знакомства с должностью. Но что одной из – точно.

Например, Пушкин навсегда прославил жену Воронцова Лизу, да и самого графа.

Лизе вот:

Когда, любовию и негой упоенный,

Безмолвно пред тобой коленопреклоненный,

Я на тебя глядел и думал: ты моя…

А мужу-губернатору вот:

Полу-милорд, полу-купец,

Полу-мудрец, полу-невежда,

Полу-подлец, но есть надежда,

Что будет полным наконец.

И ведь не только это. Хотя и того достаточно.

На памятнике выбиты цифры 1820 и 1824. В школе нас учили, что так отмечено время, которое поэт жил в Одессе. Врали, как обычно. Это время южной ссылки, но большую ее часть Пушкин промучился в Кишиневе. После трех лет Кишинева попав в Одессу, Александр Сергеевич издал торжествующий вопль: «Ресторация и итальянская опера обновили мне душу». Если сейчас просидеть в Кишиневе три года, вероятно, можно сказать то же самое. К счастью, я не пробовал.

Несмотря на эпизодичность пребывания, Пушкин для Одессы крайне важен. Он постоянно напоминает, что Одесса с рождения была городом русской культуры. При всем множестве национальностей и своеобразии преломления этой культуры под вольным (на тот момент) южным солнцем.

Я жил тогда в Одессе пыльной,

Там долго ясны небеса,

Там хлопотливо торг обильный

Свои подъемлет паруса.

Там всё Европой дышит, веет,

Всё блещет югом и пестреет

Разнообразностью живой.

Не первое упоминание Одессы в литературе. Но первое значительное.

Собственно, всё путешествие Евгения Онегина заканчивается одинокой строчкой:

Итак, я жил тогда в Одессе…

И вот этим финальным троеточием.

<<Пушкин: Борис ГодуновСобор Парижской Богоматери>>

Оставить комментарий

You must be logged in to post a comment.