Хроника времен Карла IX

Мериме

Чаша святой воды в Сен-Жермен-л’Оксеруа. «Не забудь, уходя с проповеди, занять место у входных дверей и подать ей святой воды. Вот тоже один из очень приятных обрядов католической религии. Боже мой, сколько хорошеньких ручек я пожимал, сколько любовных записочек передал, подавая святую воду!»

Все слышали о д’Артаньяне и все слышали о Кармен, но мало кто вспоминает о Бернаре или Жорже де Мержи. Между тем, братья де Мержи связывают д’Артаньяна и Кармен: автор Кармен раньше Дюма открыл д’артаньянистую тему.

Бернар де Мержи едет из южной провинции в Париж с рекомендательным письмом к адмиралу Колиньи, по дороге в трактире его грабят, в Париж он въезжает без гроша на позорной лошади и практически сразу нарывается на опаснейшую дуэль, город жестко разделен на два лагеря, юный дворянин оказывается в одном из них… Ничего не напоминает?

«Кармен» Проспер Мериме напишет через 15 лет, тогда же, когда и Дюма напишет «Три мушкетера», а пока Мериме опережает его с похожим сюжетом, но отодвинутым в предшествующую эпоху.

Если б не было братьев де Мержи, не было бы и «Трех мушкетеров»: фраза верна и относительно литературы, и относительно жизни, то есть истории.

«Хроника времен Карла IX» Мериме, недооцененный шедевр, создана 26-летним человеком в 1829 г., накануне очередного французского переворота. Повествует она о событиях лета 1572 г., в том числе о Варфоломеевской ночи. Цепочка несчастий, преступлений, заказных убийств, запущенная Варфоломеевской ночью, приведет к власти Генриха IV Наваррского, а сын Генриха IV станет тем королем Людовиком XIII, которому будет помогать кардинал Ришелье, которому будет мешать д’Артаньян с друзьями, которым будет мешать миледи…

 

О Варфоломеевской ночи писали многие. Дюма в «Королеве Марго» – лучше, Генрих Манн в «Ранних годах царствования Генриха IV» – хуже. Кино снимали, упаси Господи.

Мериме раньше всех нашел точку зрения, которая понятна и близка сейчас.

Всего через несколько лет его роман преобразили в оперу Мейербера «Гугеноты», тоже ведь показатель.

Если у Гюго сюжет пляшет вокруг Нотр-Дам, то у Мериме это место занимает другой собор: Сен-Жермен-л’Оксеруа. Там Бернару де Мержи назначает свидание неизвестная дама… и протестант без колебаний приходит в католическую церковь, ибо не только Париж стоит мессы, но и правильная любовная интрига.

Колокол Сен-Жермен-л’Оксеруа дал знак начала избиения гугенотов в ночь 24 августа 1572 г.

Я специально выделил время для Сен-Жермен-л’Оксеруа. Я хотел прочувствовать и никуда не спешить.

В церкви рыдала девушка.

Я не знаю причины, парень ее утешал, но больше под сводами никого не было, и плач девушки был по невинно убиенным, что бы она сама ни думала по этому поводу.

Сен-Жермен-л’Оксеруа играл роль домашней церкви для Екатерины Медичи и Карла IX, он напротив Лувра, он как коврик для кота, он страшный. Кот мяукнул невпопад – 30 000 французов убиты.

По закону справедливости, или чтобы убийцы переворачивались в гробах, теперь Сен-Жермен-л’Оксеруа стоит на улице Адмирала Колиньи – с его убийства праздник стартовал.

Варфоломеевская ночь с тех пор повторялась многократно, однако вспоминается именно 24 августа 1572 г.: как формула. Будь жертв миллион (Руанда) или всего пару сотен (Одесса), взгляд наш неизменно обращается в ту самую ночь.

Еврейский шибболет случился раньше. Зато Варфоломеевская ночь взяла пиаром.

Говорят, король бегал от окна к окну и подстреливал гугенотов из аркебузы.

Помнится, в той же Одессе лет десять назад сын прокурора стрелял со своего балкона из пневматической винтовки в играющих внизу детей. Но все-таки не король…

Некоторые цитаты из «Хроники времен Карла IX» Проспера Мериме, как иллюстрация уровня текста.

«Помилуй меня Бог! Я не читаю Священного Писания, как еретики. Я не хочу, чтобы моя вера ослабела».

«Теперь я не очень мучаюсь, только бы это не прекращалось… как говорил Зани, падая с высокой колокольни».

«Монах и пастор стояли по обе стороны постели и, казалось, были расположены оспаривать один у другого умирающего».

«Я ни в чем не уверен. Если дьявол существует, мы сейчас увидим, так ли он черен».

 

Другая важнейшая локация Мериме – Пре-о-Клер.

О, Пре-о-Клер! Мечта!

“Pre” переводится как луг, но имеется в виду пространство за городскими стенами.

Точного адреса Пре-о-Клер дать нельзя, поскольку заветная лужайка отступала под натиском города. Суть в том, что там должно быть пустынно и без лишних глаз.

Пре-о-Клер – рецепт решения проблем, облегчение своей и чужой души, способ избежать многолетних интриг и ядовитых обид.

Кто отменил тебя, Пре-о-Клер?!

На месте администрации Парижа я бы традицию возродил. Ну, хоть попытался бы.

Бернар де Мержи с серийным дуэлянтом Коменжем приплыли сюда на лодке. Лодок в современном Париже полно. Дело за юридическим оформлением.

На месте французов я бы разрешил драться на дуэлях всем желающим иностранцам, с соответствующим документальным сопровождением. Создал бы такой дуэльный оффшор. Сейчас на этой набережной играют в бадминтон, бегают, катаются на роликах, проводят пикнички… Сдаются специальные боксы, где можно расположиться у воды, при желании внутри поспать. Короче, всё готово для дуэльной культуры.

У русских пользовалось бы колоссальным спросом. Я бы, например, купил абонемент.

Есть у кого-то к тебе претензии в большом мире? Приехал во Францию и через дуэльный департамент послал официальный вызов. Правда, тогда контрагент имеет право выбрать оружие.

Или, напротив, у меня есть к кому-то претензии. Я не стану жаловаться, строить планы мести, подавать в суд. Я – в Париж!

Будет не стыдно похвастаться, слова «Я был этой весной в Париже» приобретут совсем другое значение.

И наоборот.

- Вы были недавно в Париже?

- Да.

- И как, романтично?

- Конечно. Поднялись на Эйфелеву башню, пробежались по мишленовским ресторанчикам, в Диснейленд ребенка свозили…

- А на Пре-о-Клер с кем-то встречались?

- Нет.

- Фууууууууу!!!

<<Собор Парижской БогоматериВечера на хуторе близ Диканьки>>

Оставить комментарий

You must be logged in to post a comment.