8

08

 

О костеле Святой Анны самый дохлый экскурсовод обязательно скажет три вещи:

- что это пламенеющая готика;

- что он построен из 33 видов кирпича;

- что Наполеон хотел поставить его на ладонь и унести в Париж.

 

Была ночь, и капюшон, и веревочный пояс, конец которого теребили вдумчивые пальцы. Был 1501 год. Были два собеседника у врат храма, посвященного бабушке Иисуса Христа.

- Никто не должен знать, кто его построил. В нем не должно быть угрозы. Так?

- Так. И еще он должен принадлежать нам.

- Человек станет взлетать в небеса от одного его вида.

- Это хорошо. Потом мы сможем сами определять, кому взлетать в небеса, а кто еще нужен на земле.

- Вы довольны результатом?

В полной темноте, не опасаясь посторонних глаз, он опустил капюшон.

- Результат придет через пару столетий.

- Неужели люди не догадываются, зачем нужны семь соборов? Неужели никто?

- А вы догадываетесь, откуда пришла чума?

- Господи Иисусе!..

- Нет, это не мы. Не я и никто, кого я знаю. И это страшно. Потому что я тоже не догадываюсь. А чума приходила. И придет снова.

Он вновь скрылся под капюшоном, даже в темноте, даже от нее, от темноты, ибо те слова, которые он готов был отпустить, нельзя было произнести иначе.

- Мы взорвем мир, но чтобы дожить, мы должны научиться проходить сквозь чистилище. Смерть не должна отбирать у нас память и занимать слишком много времени. Те, что прислали чуму, это умеют.

Он помолчал.

- Давно умеют.

Оба взялись за свои веревочки, сложив пальцы особенным образом.

- Этот храм как пламя, которое взовьется до неба. Я рад, что он получился таким красивым. Надо прийти сюда днем.

Капюшон кивнул, словно подтверждая собственную мысль:

- И мы придем. Лет через двести.

<<7 | 9>>

Оставить комментарий

You must be logged in to post a comment.