98

98

Вообще-то первой Прибалтикой, которую я увидел в своей жизни, была даже не Рига, а Юрмала. Сосны стояли за окном, окно было во всю стену бара, мне наливали коньяк и кофе, ко мне хорошо относились, – а еще вчера я таскал кирзовый сапог, еще вчера был рабом, еще вчера рискуя всем чего нет лазил через забор, специально для таких как я вымазанный солидолом, – а потом меня посадили на самолет, привезли сюда, где сосны во всю стену, со мной говорили об искусстве, и рижское взморье было в снегу.

Дубулты, Майори – иноземные названия ласкали слух.

Спустя много лет я нашел то волшебное место.

Господи, какое убожество! Как бы я не хотел там снова оказаться.

И в то же время как хотел бы… Как хотел бы в то – в то время. Убогое, глуповатое, это теперь, отсюда глуповатое, а тогда волшебное, волшебное…

И сосны, оказывается, были самые обычные. И коньяк отвратительный.

Дело не в том, что Юрмала разочаровывает сама по себе, просто она проигрывает конкуренцию Куршской косе и острову Сааремаа. Как почти во всем Латвия проигрывает – Эстонии в качестве, Литве в своеобразии.

Баба-Яга в сказках жаловалась: «Здесь русский дух, здесь Русью пахнет». В русских сказках жаловалась, между прочим. Я раньше не понимал, что она имела в виду. В Юрмале пахнет русской попсой. Баба-Яга узнаёт эти претенциозные домики в незабвенном стиле.

Томас Манн не написал бы тут «Иосиф и его братья», как в Ниде, зато нашел бы себе выгодного продюсера.

А песок, конечно, хороший.

<<97 | 99>>

Оставить комментарий

You must be logged in to post a comment.